Riddle Russia

Из новых данных Росстата следует, что во втором квартале российский ВВП вырос на 1,3% к уровню прошлого года — это заметно лучше прогнозов ЦБ (0,8%) и Минэкономразвития (0,9%). Министр экономического развития Максим Решетников и правительство поздравили себя с тем, что российская экономика вернулась к росту.

Nicholas Trickett’s economic summary of the week (August 10 — 14) Читать на русском Rosstat’s latest data release for Q2 did its job, estimating that annualized GDP growth reached 1.3% for the quarter—far better than the 0.8% and 0.9% figures from the Bank of Russia and MinEkonomiki, respectively. Yet even in its rose-tinted terms, private-sector activity continued to contract and real wage growth slowed further.

Vladimir Putin continues a series of working visits to Siberia and the Far East. Last week he travelled to Buryatia, Novosibirsk Region and Sakhalin Region (including the Kuril Islands). In late July he was in Omsk and Irkutsk regions; in early August, in Krasnoyarsk Krai. Since the start of the full-scale invasion of Ukraine, Putin has sharply reduced his regional travel, preferring the heavily protected residences at Valdai and in the Moscow region.

Владимир Путин продолжает серию рабочих поездок по регионам Сибири и Дальнего Востока. На прошедшей неделе он посетил Бурятию, а также Новосибирскую и Сахалинскую области (включая Курильские острова). В конце июля он побывал в Омской и Иркутской областях, в начале августа — в Красноярском крае. С началом полномасштабного вторжения в Украину Владимир Путин заметно сократил число поездок по регионам, предпочитая оставаться в хорошо охраняемых резиденциях на Валдае и в Подмосковье.

К концу июля 2026 года проект «Медиазоны» и Русской службы Би-би-си поименно подтвердил гибель 236 066 российских военнослужащих. Эта цифра, разумеется, отражает лишь минимальную оценку: далеко не о каждой смерти становится известно публично, и реальные потери, скорее всего, существенно выше. Войны такого масштаба в XX веке, как правило, опирались на мобилизационные механизмы — призыв, повестки, уголовную ответственность за уклонение, — даже если речь не всегда шла о всеобщей мобилизации.

Konstantin Ivanov on how Russia is staffing its army without mobilization Читать на русском Photo: Scanpix By the end of July 2026, the joint project of Mediazona and the BBC Russian Service had confirmed by name the deaths of 236,066 Russian servicemen. This figure is, of course, only a minimum estimate: not every death becomes public knowledge, and the true losses are almost certainly substantially higher.

Ksenia Smolyakova on why the authorities urgently struck Yabloko from the ballot Читать на русском Photo: Scanpix On 7 August the Rodina party filed a lawsuit seeking to cancel the registration of Yabloko’s federal candidate list — the party that had entered the race with anti-war slogans. By 10 August the Supreme Court had sided with the plaintiff and removed Yabloko from the elections. Rodina had only ten days to prepare the document.

7 августа партия «Родина» подала иск об отмене регистрации федерального списка кандидатов «Яблока» — партии, шедшей на выборы с антивоенными лозунгами. Уже 10 августа Верховный суд встал на сторону истца и снял «Яблоко» с выборов. У «Родины» было всего десять дней на подготовку документа. Тем не менее иск занимает около 40 страниц и содержит аргументы по четырем основаниям. Часть текста выдержана в стилистике, хорошо знакомой тем, кто имел дело с бумагами Министерства юстиции или ФСБ.

Vakhtang Partsvania on how the war in Ukraine has forged a new model of economic ties between Russia and Georgia Читать на русском Photo: Scanpix More than four years into Russia’s full-scale invasion of Ukraine, the state of Russia-Georgia relations looks paradoxical. Diplomatic ties remain severed, Russian forces continue to occupy Abkhazia and South Ossetia, and the prospects for resolving Georgia’s territorial integrity have grown no brighter. Yet economic links have gained fresh momentum.

Спустя более четырех лет после начала полномасштабной войны в Украине российско-грузинские отношения выглядят парадоксально. Дипломатические отношения между странами по-прежнему отсутствуют, Россия сохраняет военное присутствие в Абхазии и Южной Осетии, а перспективы урегулирования вопроса территориальной целостности Грузии не стали ближе. При этом экономические связи получили новый импульс.